страхование Военная ипотека: на какое жилье может рассчитывать офицер
инвестиции Как оспорить кадастровую стоимость земли или недвижимости Переоценка обычно целесообразна для коммерческих объектов
кредиты Citigroup: цена на нефть вырастет на 36%
Аналитика | Личные финансы | Биржа беззаботных
Поиск
везде
в новостях
в аналитике
в справочнике
Версия для печатиОтправить материал по почте

Биржа беззаботных

Все больше наших граждан, предвкушая кризис, боятся потерять работу. Какие профессии востребованы и в мирное время, и в самых суровых экономических катаклизмах, выясняла наш корреспондент.

"Столяру хорошо, а инженеру — лучше, я бы строить дом пошел, пусть меня научат!" Стихотворение Владимира Маяковского "Кем быть" заканчивается жизнеутверждающе: "все работы хороши, выбирай на вкус!" Россиянам, которые пережили за последние 15 лет два крупных кризиса, разразившихся в 1998 и 2008 году, строки советского поэта могут показаться излишне оптимистичными. Потерять работу всегда неприятно, а потерять ее в кризис — неприятно вдвойне. И хотя хедхантеры никаких предкризисных явлений на рынке труда не наблюдают, граждане все равно волнуются. Этим летом ВЦИОМ неожиданно выяснил, что россиян, которые боятся потерять работу, стало больше, чем в кризисном 2009-м: 65% опрошенных против 58%.

Перечень профессий, для представителей которых риск лишиться работы в кризис особенно велик, хедхантеры составили давно. Также им известно, какие специальности самые живучие. Правда, за последние 15 лет оба списка существенно изменились. Об этом, в частности, говорит картина забастовок: в конце 90-х на Горбатом мосту стучали касками шахтеры, а на прошлой неделе о забастовке объявили 2,5 тыс. российских аудиторов (финансовые консультанты и бухгалтеры) — они требуют отставки в руководстве Минфина.

"Неприкасаемых не было"

Ситуацию на рынке труда, возникшую после дефолта 1998 года, эксперты описывают просто: полный бардак. "Тогда сокращали всех, кого можно и нельзя, неприкасаемых не было",— говорит заместитель руководителя HR-дирекции крупного московского издательства Марина Румянцева. Она вспоминает, что сотрудники носили с собой Трудовой кодекс, чтобы показать, почему их нельзя уволить. "Но мы все равно сокращали. Иногда резали по живому — увольняли руководителей, водителей, журналистов, административный персонал",— продолжает она. Саму Румянцеву сократили уже после того, как она с коллегами из HR уволила из издательства всех, кого можно. "В 1998-м сокращения были сродни массовой панике. Мало кто анализировал соотношение "полезность работника — затраты на работника". Единственным значимым фактором были только цифры зарплат сокращаемых",— рассказывает региональный директор по северо-западу кадрового холдинга АНКОР Алексей Зеленцов.

Крупнейшие рекрутинговые компании поделиться статистикой по 1998 году, как правило, не могут (большинство из ныне действующих тогда еще не существовали). Но есть статистика Росстата по рынку труда, которая показывает, как те или иные профессии переживали тот кризис. В целом ситуация на рынке труда была такова: в 1999 году общая численность безработных в России достигла максимума за весь период наблюдения и составила 9,3 млн человек. Согласно статистическому вестнику Росстата (тогда Госкомстат) "Труд и занятость" за 1998 год, количество предприятий, задерживающих зарплату, выросло вдвое — с 70 тыс. в 1998 году до 132 тыс. в 1999-м. Причем больше всех страдали учителя — им зарплату задерживали примерно 27 тыс. заведений, а также работники сельского хозяйства и чиновники регионального и муниципального уровня — им не платили соответственно около 24 тыс. и 17 тыс. предприятий и организаций.

В результате количество бастующих учителей в 1998 году в три раза превысило количество бастующих работников промышленности: 360 тыс. против 122 тыс. человек. Забастовками было охвачено свыше 11 тыс. организаций. Ряд профессий оказался на грани вымирания: при среднемесячной номинальной зарплате по стране 1051 руб. (незадолго до кризиса в стране была проведена деноминация — с банкнот убрали три ноля) средний заработок фермеров составлял 468 руб., учителей — 660 руб., врачей — 727 руб., работников торговли и общепита — 862 руб.

Чемпионы по живучести

Для сравнения: 2,1 тыс. руб.— такой была средняя номинальная зарплата финансистов, страховщиков и банкиров. "Я работал тогда в UBS, и мы принялись серьезно сокращать всяких аналитиков, разработчиков, руководителей проектов и экспертов. И существенно больше стали платить сейлзам (специалистам по продажам.— "Деньги"). То есть мы не увеличили их количество, а просто лучше замотивировали",— вспоминает управляющий директор HeadHunter Михаил Жуков. По его словам, живучее сейлза профессии нет. "Даже в самые тяжкие моменты последнего кризиса спрос на сейлзов не падал. Потому что это кэш, это живые деньги в компанию. Даже в производстве людей сокращают, но главное, о чем думают в коммерческих компаниях (бог с ними, с государственными), это как обеспечить приток денег. А добытчик денег — сейлз",— говорит Михаил Жуков.

Свои слова Жуков подтверждает статистикой. По сравнению с 2008 годом спрос на менеджеров по персоналу в 2009 году упал на 63%, на финансовых менеджеров — на 58%, на системных администраторов — на 52%, на офис-менеджеров — на 50%. А спрос на директоров—менеджеров по продажам вырос на 20%.

По мнению президента Superjob.ru Алексея Захарова, неплохо переживают кризис инвестбанкиры, хотя бы потому, что могут позволить себе отдохнуть несколько месяцев. "Что касается сферы финансов, инвестбанкинг — это действительно очень живучая и мобильная категория сотрудников. Это не клерки нижнего уровня, а люди, которые принимают решения, сами торгуют. В разгар кризиса в банке могут инвестиционное подразделение полностью закрыть. Люди разбежались в кризис на несколько месяцев — уехали отдыхать на Гавайи, кризис закончился — опять собрались. Эти готовы ко всему, у них есть на что провести ближайшие полгода-год",— говорит Алексей Захаров.

Если забыть об инвестбанкирах, Захаров уверен: живучее чиновников и бюджетников (учителей, полицейских, военных, врачей) сейчас профессий нет. "Бюджетникам замораживают в кризис зарплаты, но их не увольняют, в отличие от работников коммерческого сектора,— говорит он.— Государство гасит проблемы дополнительными вливаниями денег, поэтому для чиновника кризис — возможность подняться, вопрос выживаемости тут не стоит". В пользу чиновников играет и особый принцип трудоустройства госслужащих. "Это абсолютно закрытый рынок, несмотря на декларируемую открытость. Если вакансии и размещаются, то скорее для отчетности, а не для того, чтобы кого-то нанять",— отмечает Михаил Жуков.

Впрочем, социально-политический аспект проблемы дает шанс не только госслужащим. "У нас есть масса заводов, где работают тысячи сотрудников и где модернизации не было много лет и не предвидится. Классический пример — Пикалево. Поймите, никому не хочется снова видеть шахтеров, стучащих касками на Горбатом мосту. Поэтому пока у государства в бюджете есть какие-то деньги, а нефть стоит не $20 за баррель, оно будет откупаться и замораживать ситуацию на рынке труда",— считает Алексей Захаров.

В 2009 году город Набережные Челны (там находятся предприятия группы компаний КамАЗ и ОАО "Соллерс"), по данным ресурса "Восток медиа", стал рекордсменом в России по количеству граждан, занятых на временных общественных работах,— 32 тыс. человек. Во многих регионах осуществлялись программы переквалификации. "С точки зрения экономики переучивать, условно говоря, токаря на слесаря, а слесаря на токаря — это идиотизм. Но в 2008-м это позволило не тратить владельцам заводов трехмесячный ФОТ (фонд оплаты труда.— "Деньги"), а людям получать хоть какие-то деньги в виде стипендий. Поэтому эту замороженную ситуацию стабильности будут держать до последнего. Благо опыт есть",— уверен Алексей Захаров.

Первые на выход

Алексей Зеленцов говорит, что в 2008 году "оптимизацию персонала" проводили в целом гораздо вдумчивее, чем в конце 90-х. "Кризис 2008-го был именно кризисом для профессий. Под сокращение попадали те, чьими услугами переставали пользоваться потребители",— отмечает он. По его словам, кризис 2008 года выкашивал целые отделы по кредитованию и страхованию, резюме агентов по недвижимости сотнями приходили во все рекрутинговые агентства. "Корпоративные тренеры, ивент-менеджеры и консультанты по персональному развитию оставались без заказов — не время было для корпоративов и разработки новых схем бонусов и компенсаций. Ну и конечно, очень похудели штаты офисных и административных сотрудников — обязанности уволенных было несложно перераспределить на оставшийся персонал",— рассказывает Алексей Зеленцов.

Михаил Жуков добавляет в роковой кризисный список маркетинг и HR: "тут головы летят моментально". С таким же энтузиазмом сокращают сотрудников и режут зарплаты в секторе PR. "А вот дальше — по ситуации,— говорит Алексей Захаров.— Скажем, в 2008 году в общепите дорогие заведения сокращали персонал, зато мелкий общепит, наоборот, его набирал. Люди снизили себе планку по затратам на рестораны и перестали ходить в какие-то пафосные места, заменив их чем-то попроще".

Грядущий биотрансдуктор

В августе московская школа управления "Сколково" презентовала любопытный проект, разработанный при поддержке Агентства стратегических инициатив. Это "Атлас 100 новых профессий", в котором эксперты также разместили список "30 отмирающих профессий". По словам руководителя проекта Павла Лукши, "Атлас" будут распространять в школах и вузах. Исследование охватывает 19 отраслей экономики, а профессии разделены по принципу появления их до и после 2020 года (в случае успешного технологического развития страны). Даже краткую версию "Атласа" стоит прочитать хотя бы из интереса. Там можно найти такую экзотику, как "прогнозист в наносфере", "глазир", "корпоративный антрополог", "биотрансдуктор", "ГМО-агроном", а также много другого удивительного.

Интригующе выглядит и список отмирающих, по мнению экспертов МШУ, профессий: до 2020 года в Лету канут, в частности, лекторы, испытатели, копирайтеры, диагносты. А после 2020 года будут сочтены дни юрисконсультов, нотариусов, банковских работников, журналистов, швей и многих других специалистов.

Надо сказать, инновационный оптимизм экспертов "Сколково" в реальном секторе не разделяют. На одном из крупнейших текстильных предприятий России ОАО "Шуйские ситцы" "Деньгам" заявили: "Вы откройте любую газету Ивановской области — везде требуются швеи! Да и ткачей, честно говоря, тоже рано хоронить. Просто таких ткацких станков еще не изобрели, которые без ткачей могут работать".

Мария Глушенкова (КоммерсантЪ )
12:51 | 23 сентября 2013 г.
О проектеРекламаКарта сайта